+7 (495) 948-50-10, 125476, г. Москва, ул. Василия Петушкова, дом 19, корп. 1 mail@deti-szao.ru

«Жизнь прекрасна!»

Кузьмичева Елена Петровна

Заместитель директора по социальной работе

– Елена Петровна, поделитесь с нами своей историей, как вы стали работать в Центре?

– О, это очень страшная история (смеётся). У меня в детстве была большая мечта – стать юристом, вернее даже адвокатом, чтобы всех защищать. После школы я уверенно подала документы в МГУ на юридический факультет. И, конечно же, на экзаменах не добрала одного балла…  А тогда в стране начинали вводить платное образование и помню была паника, что со следующего года можно будет поступать только платно. И вот обсудив всё с мамой, было решено поступать в Российский государственный социальный университет на факультет социальной работы. Я училась на вечернем отделении и параллельно начала работать в Управлении социальной защиты населения района Покровское-Стрешнево. Занималась детскими пособиями, пенсиями… Потом  перешла в Школу поддержки для детей-инвалидов в Строгино, через некоторое время ушла в центр для детей-инвалидов «Эхо». Больше всего запомнилась школа в Строгино. Многие дети там были с тяжелыми диагнозами, во дворе всегда стояла машина скорой помощи. Было страшно смотреть, как маленькие дети, больные сахарным диабетом сами колют себе инсулин…

В 1997 году я пришла работать заместителем директора в детский дом на улице Василия Петушкова, который только что открылся. Тогда это был детский дом нового типа: комнаты для детей на 2-3 человека, по- современному оформлена кухня, даже планировалось заказное меню как в хороших домах отдыха… И вот я здесь уже 21 год.

– «Случайное образование» оказалось совсем неслучайным?

Именно так. Никогда не было ощущения, что я не на своем месте. На своём. Иногда, конечно, бывают эмоциональные спады и тяжело. Но это связано не с процессом работы, как таковым, а с тем, что не получается помочь конкретному ребёнку. Когда чувствуешь свою беспомощность от обстоятельств. Вот тогда да, бывает усталость…

– Что помогает справляться в сложных ситуациях, не только на работе, но и в жизни вообще? Как себя поддерживаете?

Я обычно говорю себе: «Соберись! Надо!» или «Жизнь прекрасна!». И это в моём случае работает, очень помогает. Кстати, интересно как было с фразой «Жизнь прекрасна!». Сначала я говорила «всё будет хорошо», потом подумала «почему – будет?», ведь вернее – «уже есть». Я когда-то посмотрела известный фильм «Жизнь прекрасна» и поняла, какие сильные духом бывают люди, и, действительно, к жизни надо относиться так, что она удивительна уже сейчас, в настоящее время. И для меня это не только про работу.

– Чем бы Вы еще могли профессионально заниматься?

– Сомневаюсь… Почему-то я вижу себя только здесь. Я вижу отдачу, вернее ее важно научиться разглядеть в тех детях и родителях, который какой-то период жизни были с нами и теперь уходят из Центра. Когда понимаешь, что «семья сложилась», у них всё более-менее наладилось – и Слава Богу! Это надо рассматривать и как свой ресурс, в том числе. Иногда, конечно, дети возвращаются, и от этого не уйти.

– Стоит ли ждать благодарности за свою работу?

Нельзя ждать благодарности, вернее не стоит. Даже не стоит иметь таких ожиданий. Вот, например, почему нередко распадаются приёмные семьи? Потому что, к сожалению, дети не соответствуют ожиданиям приёмных родителей. Родные дети не всегда благодарят, или поздно понимают, что можно это сделать.

Надо всегда помнить, что оценка каждого субъективна. У каждого своё счастье, своя удача… Если кто-то пришёл и сказал «спасибо», конечно, это хорошо, не сказал плохих слов – тоже хорошо, а сказал плохие слова – это тоже результат, значит надо переосмыслить свою работу и в следующий раз сделать по-другому, с учетом сказанного.

– В социальной защите есть «случайные люди»? Какие качества важны, чтобы работать в этой сфере?

– Сложно сказать. Вот в детском доме было в общем-то понятно, кто на своём месте. Обычно очень показательным был первый год работы.  В человеке проявлялись все его качества. Или он с нами и мы идем дальше или человек уходил.

Здесь важно уметь выслушивать другого, понимать ситуацию обратившегося непредвзято, без оценки, без своих установок. Мы можем негативно относиться к разным аспектам жизни человека, но должны осознавать, что он не просто стал таким, что его спиной особая жизненная история. А дети «априори» не могут быть плохими. Каждый ребёнок – продукт своих родителей. Мы все родом из детства.

– Специалисты должны быть «спасателями» семьи?

Думаю, что у них должно быть желание спасать, помогать. Опасно, что в этом спасении они могут сами себя утопить. Есть такое понятие, как самосохранение. Весь твой уровень спасания других, не должен приносить ущерб для тебя лично и для твоей семьи. Надо находить баланс, потому что, если ты потеряешь всё то ценное, что есть у тебя – ты перестаешь быть спасателем для других. Как-то так.

-Что Вы думаете об эмоциональном выгорании?

– Я думаю выгорание, прежде всего, связано не с людьми, а с какими-то внешними аспектами деятельности. Когда специалист в своих действиях сильно ограничен рамками, предписаниями, указаниями. Он понимает, как можно сделать, но не может, в силу не зависящих от него причин. И тогда «опускаются руки»…Если это повторяется часто, ситуация переходит в «могу, но не хочу».

-Если бы у Вас была возможность, что-то изменить в работе Центра, чтобы вы сделали уже сегодня?

Каждый сентябрь я пытаюсь начать все по-новому, что-то поменять. Сейчас у меня тоже есть проект по реорганизации работы специалистов с детьми в стационарном отделении. Это проект о том, что в Центре не должно быть специалистов, которые работают только с бумагами. Все мы должны быть ближе к детям. Нам нужен комплекс мероприятий, который крутится вокруг одного ребенка в том направлении, чтобы сохранить для него семью и сохранить личность самого ребёнка. Нельзя отдельно работать с личным делом, семьёй, ребенком, смежными организациями. Мы все здесь для одного дела и если между нами нет внутреннего взаимодействия, то мы не сможем ничего сделать внешнего для сохранения семьи. Специалист по работе с семьёй должен много времени проводить с ребенком, в идеале стать для него значимым взрослым. Чтобы ребенок мог к нему всегда обратиться даже тогда, когда он уже уйдет из Центра.

Как это будет фактически реализовано? Это большая индивидуальная работа с каждым сотрудником. Прежде всего общение, понимание общих целей, задач. Если мы не будем вкладывать в своих людей – мы ничего не получим, в первую очередь положительной динамики у детей, с которыми мы работаем.

– Общаетесь ли Вы с бывшими воспитанниками?

– Общалась и общаюсь. В детском доме были такие ребята, про которых я сразу понимала, что им здесь особенно тяжело. Я старалась им помочь, стать поддерживающим взрослым. Много времени вместе, много общения. Часто брала их в гости, в свою семью. Мои сын и дочь росли рядом с этими ребятами.

– Какие важные задачи в своей работе Вы видите на ближайшее время?

– Я считаю, что жители города еще очень мало знают о таких центрах как наш. О всех возможностях и ресурсах, услугах, которые они могут здесь получить.  И взрослые и дети должны знать куда они могут обратиться, если они окажутся в непростой жизненной ситуации. Информирование – важная часть профилактической работы по предупреждению семейного неблагополучия. И еще мне хотелось бы, чтобы люди перестали нас воспринимать, как контролирующий надзорный орган. К сожалению, часто учреждения социальной защиты воспринимают именно в таком ключе.

– Интересный факт из Вашей жизни?

– Я училась в музыкальной школе по классу аккордеона. Родителям я очень благодарна, что они добились того, чтобы я все-таки ее окончила. Но я очень не любила сольфеджио. И в где-то в 9 лет я придумала, что могу уходить на час-два погулять, а потом возвращаться будто бы после занятий. И так продолжалось полгода, пока маме не позвонили из музыкальной школы. И вот именно тогда мама мне пообещала, что за такое «хорошее» поведение она меня «отдаст в детский дом». Спустя 15 лет это сбылось, но я об этом совсем не жалею.

– Спасибо за интересный рассказ!

– Пожалуйста!